В России резко вырос уровень пессимизма: "Люди говорят, что дальше будет хуже, и готовятся к худшему"
21 Aug 2026, 03:00 GMT
By Тимофей Рожанский
Credit: Тимофей Рожанский
Source URL: https://www.currenttime.tv/a/v-rossii-rezko-vyros-uroven-pessimizma-lyudi-govoryat-chto-dalshe-budet-huzhe-i-gotovyatsya-k-hudshemu/33835047.html
Primary media download URL: https://rfe-video-ns.akamaized.net/pangeavideo/2026/08/0/0e/0e69ebb7-aec8-48f8-48a9-08decacf94d0_1080p.mp4?cb=ee21924df
Пессимизм россиян в последние недели резко вырос, как по поводу войны с Украиной, так и в целом по поводу их жизни. Даже опрос государственного ВЦИОМа, который обычно дает оптимистичные для власти цифры, показал , что доля россиян, которые считают что самые тяжелые времена для страны еще впереди, в июле 2026 года выросла до 66% — это максимум с апреля 2020 года, когда так отвечали 72% опрошенных. Еще 12% опрошенных прямо заявили, что Россия сейчас "переживает кризис". Ухудшение настроений ВЦИОМ фиксирует не первый месяц. В мае о том, что самые тяжелые времена еще впереди, говорили 60% участников опроса, в июне — 63%, в июле — 66%. При этом год назад, в марте 2025 года настроения были заметно спокойнее; доля тех, кто ждал ухудшения, составляла лишь 39%. Пессимизм россиян связан не только с тем, как события развиваются на украинском фронте и с ударами ук р аинских дронов по объектам внутри России, которые почувствовали на себе жители почти всех регионов. В первую очередь он связан с тем, как на эти удары реагируют российские власти. Кремль неоднократно жестко заявлял, что намерен продолжать войну — несмотря на проблемы с бюджетом , потери бизнеса от войны и дефицит бензина в России из-за ударов по российским НПЗ. При этом россияне понимают, что продолжение войны стоит денег и уже ощущают, что оно привело к повышению налогов, росту цен, уменьшению социальных выплат и в целом к снижению качества их жизни. По данным недавнего опроса Gallup, о снижении качества своей жизни в последнее время сообщили уже 56% российских граждан — на 13 процентных пунктов больше, чем годом ранее и на 22 процентных пункта больше, чем в 2022 году. 60% россиян сегодня считают, что в целом ситуация в экономике в России тоже ухудшается — вдвое больше, чем в первый год войны и втрое выше показателей опросов до аннексии Крыма. Эти ожидания уже привели к массовому оттоку денег из российских банков : за лето было снято более $15 триллионов. На этом фоне отдельно звучат опасения о возможности новой мобилизации осенью 2026 года . Из-за этого в последние месяцы вырос поток тех, кто уезжает из России за границу, как на время, так и навсегда: Новая волна эмиграции из России из-за боязни мобилизации: "Год назад был директором салона связи, сейчас сижу на лавочке в Ереване" Социолог и политолог Дмитрий Дубровский объясняет пессимистичные настроения россиян так: "Начало войны — это (для россиян) был шок. Потом была адаптация, люди с войной примирились. А сейчас у них идет разрушение горизонта будущего. Люди говорят: дальше будет хуже, и сами готовятся к худшему". — Что, на ваш взгляд, так повлияло на заметное снижение оптимизма у России? — Когда люди в России говорят про будущее, вообще-то они не имеют в виду напрямую ни войну, ни международную политику. Но успешность ведения войны сейчас ими оценивается довольно низко. И именно успешность этой войны, я думаю, значительно влияет на их ожидания. Если смотреть на ситуацию с 2022 года, то россияне, кажется, вошли в режим "эрозии нормальности". Начало войны — это был для людей в России шок. Потом у них была адаптация к войне. Было заметно, что люди как-то более-менее с ней примирились. И вот сейчас идет эрозия этой адаптации: она, кажется, все больше стала разрушать представление о том, что вообще в России происходит сейчас, и насколько все сейчас нормально. Но главное — эти настроения можно понимать как разрушение горизонта будущего россиян. То есть люди сейчас уже говорят, что дальше будет хуже. Не могу не вспомнить советский анекдот, что разница между оптимистом и пессимистом заключается в том, что пессимист говорит, что хуже быть не может, а оптимист говорит, что может. Так вот: я думаю, что большинство российских граждан сегодня — это вот такие "оптимисты", которые говорят, что дальше точно будет хуже. А социальное благополучие, самочувствие, оно так устроено: если человек уже готовится к худшему, то в некотором смысле происходит самосбывающееся пророчество. Екатерина Шульман – как война в Украине за четыре года изменила россиян: "Иллюзию нормальности поддерживать все труднее" Люди в России уже готовятся к худшему, и совершенно по-другому себя ведут. Они не планируют долговременных вложений, не планируют долговременных проектов, не вкладывают деньги долговременно — потому что они знают, что будет хуже. И именно поэтому они изымают деньги из банков. Все это вместе как бы говорит о том, что люди готовятся к худшему. А как люди российские готовятся к худшему? Как всегда: снимают деньги, покупают соль, спички, сахар. — Что должно последовать за этой "эрозией нормальности"? —В этом нет непосредственно какой-то политической составляющей. Нет даже косвенной зависимости между тем, что люди говорят, что дальше будет хуже, и каким-то представлением о том, что они с этим будут делать. Репертуар действий у каждого российского гражданина на эту тему разный. Одни могут решать, что пора уезжать, и мы видим увеличение потока на дороге в Верхний Ларс (погранпереход между Россией и Грузией – ред.). Это, видимо, тоже часть решения, которое было принято как раз на этом ощущении. Кто-то начинает снимать деньги, кто-то снимает тиктоки о том, что нужно принять "решение о путешествиях" уже сейчас, потому что осенью будет "не до этого". Люди готовятся. Готовятся так, как надо готовиться к худшему. – Говоря о проблемах российской экономики, Путин упоминает санкции, наложенные на Россию, и атаки дронов. Как вы полагаете, это попытка свалить все проблемы на внешний фактор? Или же он действительно признает, что украинские удары наносят существенный ущерб российской экономике? – Я не думаю, что этот ущерб экономически настолько существенный. Мне кажется, что дело как раз скорее в социологии, чем в экономике. По-моему, эти удары в значительной степени ухудшают социальное самочувствие россиян и разрушают для них иллюзию нормальности. Российские люди вдруг обнаружили, что война идет, и идет в большей степени экономическая. Мне кажется, что это признание Путина – скорее не про экономику, а про то, что надо чуть-чуть сбалансировать реальность. Потому что люди в общем, видят картинку, как Wildberries горит, а рассказывают им об этом не очень часто или вообще не рассказывают. Удары украинских дронов по складам Wildberries — табу на российском телевидении. Почему это происходит? Поэтому признание Путина в данном случае, по-моему, – это способ сбалансировать ту пропагандистскую картинку, которая очень сильно оторвалась от наблюдаемой людьми реальности. Люди в окно смотрят, там горит. А по телевизору не горит! – Путин при этом заявил, что надо готовиться к проблеме возвращения участников войны с Украиной домой . Почему он именно об этом сейчас заговорил? – Потому что это более-менее то, что, я так понимаю, действительно может произойти. Но для меня это очень неприятный, честно говоря, сюжет, потому что у меня есть подозрение, что Путин не захочет возвращать этих людей в мирную жизнь. Он захочет придумать для них новую войну, и это сразу решит массу проблем, включая, куда девать возвращающихся.